По планам правительства в 2010 году доля малого бизнеса в ВВП РФ должна составить 40%, в занятости населения – 50%, в общем числе субъектов предпринимательства – 80%.

Как решать эту задачу?
Один из путей ее решения – развитие бизнес-инкубирования.

 

Михаил Вышегородцев,

министр Правительства Москвы, руководитель департамента поддержки и развития малого предпринимательства г. Москвы

 

Бизнес-инкубирование – бизнес или социальная функция?

 Бизнес-инкубирование – это один из институтов, прочно вошедших в настоящее время в практику предпринимательской деятельности в мире.

Идея бизнес-инкубирования оказалась очень плодотворной. Бизнес-инкубаторы получили широкое распространение. В мире насчитывается порядка 3950 бизнес-инкубаторов. Но самое большое число бизнес-инкубаторов в США, по разным оценкам от 850 до 1100.

Однако идея бизнес-инкубирования не сразу проложила себе дорогу. Стремительный рост числа бизнес-инкубаторов начался в 1985-1995 годах.

Бизнес-инкубаторы в этот период создавались в основном как некоммерческие структуры, поддерживаемые местными администрациями, исследовательскими институтами и высшими учебными заведениями. В 1998 году, по данным американской Национальной ассоциации бизнес-инкубаторов, в США таковых было более 90 процентов.

Преобладающим фактором, влияющим на решение об открытии бизнес-инкубатора, на протяжении достаточно долгого времени было именно состояние экономики региона. Во многих случаях бизнес-инкубаторы создавались с целью увеличения «социального капитала», стимулирования предпринимательства, заполнения пустующих площадей, предотвращения оттока трудовых ресурсов, в первую очередь – квалифицированных.

Социальная функция бизнес-инкубаторов в Америке в полной мере раскрылась в период экономического спада в начале 90-х годов прошлого века. К этому времени уже 49 штатов имели региональные программы по бизнес-инкубированию.

Вскоре выяснились, что бизнес-инкубирование приносит не только прямые выгоды. К такому выводу пришли американские исследователи Марклей и Макнамара в 1995 году. Бизнес-инкубаторы наряду с тем, что способствуют прямому увеличению занятости, доходов населения, расширению базы налогообложения, притоку инвестиций, создают недостающие компоненты инфраструктуры, стимулируют создание дополнительных рабочих мест в окружающей среде и т.д. Компании, расположенные в бизнес-инкубаторах, оказывают услуги примерно 34 процентам американских фирм.

 

Однако следует сказать, что примерно с 2000 года «бесприбыльные» – non-profit – инкубаторы все больше теснимы коммерческими (for-profit incubators).

В настоящее время количество non-profit инкубаторов сократилось до 75 процентов от общего числа бизнес-инкубаторов в США.

Некоторые исследователи  предрекают коммерческим инкубаторам большое будущее. Например, один из них – Моралес (Morales)– считает, что в ближайшие несколько лет половина от общего числа инкубаторов будут коммерческими.

В США есть регионы, где бизнес-инкубаторы, созданные по инициативе местных властей и структур поддержки предпринимательства вообще закрываются. Так, в Апельсиновом округе, штат Калифорния, последний такой бизнес-инкубатор был ликвидирован еще в 1999 году. На их месте возникло 7 новых на частные инвестиции.

В отличие от «бесприбыльных» коммерческие инкубаторы преследуют вполне конкретные цели – заработать деньги. Это определяет и условия, на которых бизнес-инкубаторы оказывают комплекс необходимых начинающим предпринимателям услуг.  В обмен они требуют 30-70-процентную долю в бизнесе компании.

В последние годы идея коммерческого бизнес-инкубирования значительно трансформировалась. Если раньше в инкубаторы привлекались люди с бизнес-идеями, то сегодня подход меняется. Человек с идеями  просто нанимает людей и сопровождает до конечного результата. Одним из первых, кто применил подобную схему, был Билл Гросс.

Билл Гросс считается в некотором смысле соперником Билла Гейтса.

Он признан одним из самых успешных венчурных капиталистов в Америке.

Билл Гросс создал бизнес-инкубатор IdeaLab и вывел на рынок 20 компаний.

 «Лабораторию идей» стали активно клонировать. К примеру, в Калифорнии появились Гейзеллаб (GazelleLab), Иннолаб (INNOLab).

Семейство Ротшильдов создало в 2004 году Ротшильд лэндри холдинг (Rothschild-Landry Holding, Inc.) как собственную «idealab». Концепция в настоящее время перешагнула границы США. Свои «лаборатории идей» появились в Австралии, Канаде. Услуги «лабораторий идей» обходятся недешево, иногда это 65-70-процентная доля в собственности.

Другой разновидностью коммерческих бизнес-икубаторов являются структуры, финансируемые крупными компаниями, такими, как  Intel, HP, Dell, Panasonic, Ford, Boeing, British Telecom, Philips и др.

Программа по бизнес-инкубированию Боинга, стартовавшая в 2000 году, имела целью культивирование предпринимательской культуры и увеличение прибыли за счет новых компаний. В 2003 году бюджет программы составлял 200 млн. долларов. Однако в 2005 году она была свернута под давлением акционеров, не оценивших смелые новации менеджмента компании, который в свою очередь не сумел убедить оппонентов в значении этих инвестиций для будущего Боинга.

Гораздо продуктивнее опыт British Telecom, который вывел за пределы компании 14 инженеров. Тем ничего не оставалось делать, как  искать применение своим способностям. Опыт оказался успешным. В результате было создано 5 новых компаний. Одна из них была приобретена Aлькателем за 117 млн. долларов.

Но такого рода бизнес-инкубирование сопряжено с большими трудностями. Это видно на примере технологического инкубатора Intel. Из 15 компаний, созданных в рамках «Технологического инкубатора новых бизнес-инициатив», существуют до настоящего времени 7. Половина потерпела неудачу еще на стадии «посева». Из оставшихся в живых  50% не дают коммерческой отдачи.

Что касается, нашего, российского, опыта, то можно сказать, что мы находимся на начальном этапе создания собственной методической и организационной платформы бизнес-инкубирования.

У нас пока нет того разнообразия форм бизнес-инкубатров, которые сегодня существуют в мире. Но на данном этапе развития так вопрос и не может стоять. Важно другое: накопление необходимого опыта, и вместе с этим уже – развитие многообразия форм бизнес-инкубирования.

 Основная наша задача – содействие появлению критической массы антрепренерских ресурсов, способных решать государственную задачу развития малого бизнеса.

Как отметил в своем выступлении на недавнем заседании Правительства РФ по итогам господдержки малого предпринимательства в 2005 году и задачах в этой сфере на 2006 год Председатель Правительства Михаил Ефимович Фрадков: «Сегодняшний вопрос не следует понимать только как развитие малого бизнеса, а как выстраивание новой экономики в стране».

В программе социально-экономического развития РФ на среднесрочную перспективу поддержка малого предпринимательства обозначена в качестве одной из ключевых задач правительства. Ее решение должно обеспечить формирование конкурентной среды в бизнес-пространстве, самозанятость населения, стабильность налоговых поступлений в бюджет.

Развитию МБ в настоящий момент способствует благоприятная макроэкономическая ситуация и меры, которые реализовывали федеральные и региональные власти в 2002-2004 годах.

Однако количество МП у нас не соответствует мировому уровню. На 1 января 2006 года в стране было зарегистрировано 979 тыс. малых предприятий. Это всего 44% от общего числа зарегистрированных юридических лиц, что более чем в 2 раза меньше показателей развитых стран.

Вызывает также тревогу снижение предпринимательского потенциала России, В 2003 году около 10,5% граждан были готовы открыть свое дело, в 2004 году – 9,6%, а в 2005 году этот показатель снизился еще.

В этой ситуации изменение тенденций возможно и необходимо при участии бизнес-инкубаторов.

Уровень наших бизнес-инкубаторов в большинстве случаев значительно отстает от мирового. Но это, в чем я глубоко убежден, –временное явление. В этом плане нам важна каждая инициатива, направленная на развитие малого предпринимательства. И у нас есть такие инициативы.

Совсем недавно, в Восточном административном округе Москвы создан  Совет молодежных инициатив. Совету еще нет и года, но по некоторым направлениям его деятельности работа идет сейчас в полную силу, хотя для других пока ещё не хватает людей, материально-технической базы. Здесь работают исключительно на энтузиазме, без зарплаты. Финансирует мероприятия префектура ВАО г. Москвы.

 Совет ставит перед собой актуальную задачу воспитания нового поколения инициативных, творчески мыслящих, профессионально грамотных молодых начинающих предпринимателей.

Нельзя сказать, что эта инициатива родилась у нас на пустом месте. Идея воспитания молодежи, формирование у нее активной установки в жизни, желания достигать успеха, в том числе, и на не простом поприще предпринимательства, имеет уже значительную историю. Могу сослаться на пример созданного при МИФИ еще в 1993 году Международного научно-технологического парка "Технопарк в Москворечье", который считается по праву одним из ведущих технопарков высшей школы России.

Здесь осознанно подходят к вопросу формирования рынка научно-технических проектов и инноваций; создания среды поддержки начинающих предпринимателей, работающих в области высоких технологий; всесторонней поддержки студенческих инициатив в области наукоемкого предпринимательства.  

Этой задаче соответствует и структура "Технопарка в Москворечье", охватывающая основные направления деятельности, включая бизнес-центр, студенческий инкубатор высоких технологий, отдел комплексных проектов и развития, центр студенческих инициатив и другие.

 Для размещения бизнес-инкубатора малых наукоемких фирм МИФИ предоставил технопарку в оперативное управление отдельно стоящее трехэтажное здание общей площадью 1750м2. За время существования технопарка инкубировано 27 инновационных компаний, специализирующихся в области создания и обработки новых материалов, экологии и медицины, информатики и телекоммуникаций, приборов для научных исследований.

В ряду структур поддержки и развития предпринимательства, получивших солидный опыт можно назвать «Технопарк-Зеленоград», Зеленоградский инновационно-технологический центр, Зеленоградский Молодежный инновационный центр и др. Эти структуры изначально создавались с целью обеспечения «дружественной» для начинающих предпринимателей среды. Еще раз хочу подчеркнуть, что с поставленной задачей они справились успешно. Об этом говорит тот факт, что целый ряд компаний в составе перечисленных структур, начав с того, что не могли оплатить телефонную связь, сегодня приобретают или уже приобрели на условиях соинвестирования собственные производственные площади.

Но технология бизнес-инкубирования, как мы хорошо знаем, не только стены и площади. Прежде всего, это окружение, обеспечивающее динамику процесса инкубирования бизнесов. Это то направление, где еще предстоит много работы именно в плане выхода на уровень мировых стандартов.

В качестве еще одного из примеров успешной деятельности по обеспечению бизнес-среды можно привести Тамбовский инновационный бизнес-инкубатор. Базисом его деятельности является просветительство, обучение в сочетании с практикой. Обучение по разнообразным  программам, включая «Трансфер технологий», «Бизнес-планирование: от идеи к бизнесу», «Маркетинг» и другие, ежегодно проходят до 900 человек. Раз в год проводятся встречи, семинары, презентации для специалистов всего региона. Организована консультационная поддержка с привлечением зарубежного опыта.

Тамбовский инновационный бизнес-инкубатор принимает активное участие в реализации инновационной стратегии региона и создании инфраструктуры. Речь идет о создании инновационно-технологических центров с последующим объединением в технопарковую зону, в которую должны войти:

Тамбовский государственный технический университет и ОАО «Комсомолец», уникальное предприятие машиностроения, обеспечивающее своей продукцией предприятия атомной энергетики, «Газпром», оборонные отрасли;

Тамбовский государственный технический университет и ОАО «Пигмент», лидер российской химической промышленности;

Тамбовский государственный технический университет, ОАО «Пигмент» и НИИ «Полимер» – с целью развития химических технологий.

В создаваемой инфраструктуре межотраслевой Тамбовский инновационный бизнес-инкубатор играет роль инициатора внедрения в регионе кластерной технологии.

Что же можно сказать по поводу того, является бизнес-инкубирование социальной функцией или бизнесом?

Я попытался показать то и другое направление. Какое из них наиболее адекватно российским условиям?

Мне думается, должно развиваться и то, и другое. Но, с моей точки зрения, приоритетным должно быть социальное направление. Трудно ожидать, что национальные предпринимательские кадры, отвечающие современным задачам в достаточном количестве, удовлетворяющем потребности нашей растущей экономики, вырастут сами собой. Конечно, какое-то количество талантливых и предприимчивых людей пробьют себе дорогу и без нашей помощи. Но чтобы обеспечить все возрастающие потребности в предпринимательском ресурсе, необходимо стимулировать их рост за счет государственных, региональных и муниципальных программ. Какой эффект они дадут? Рост числа рабочих мест, увеличение налогооблагаемой базы, активизацию экономической деятельности. Но не только. Я думаю, что за счет развития антрепренерства здесь, в России, в особенности в научно-технической сфере, позволит если не решить полностью, то приостановить утечку мозгов за рубеж. Думаю, что с социальной точки зрения, эффект создания национального антрепренерского ресурса через методику бизнес-инкубирования будет огромным. Дело за тем, чтобы распространить ее повсеместно. Это будет шанс для нашей молодежи.